‘Рецензия на бродвейскую постановку «Страх перед 13 годами»: Динамичная игра Эдриена Броуди и Тессы Томпсон сдерживает драматизм спектакля.

В возрасте 21 года Ник Яррис был остановлен во время обычной проверки документов на дороге, арестован и приговорен к смертной казни за изнасилование и убийство молодой жены и матери. Хотя Яррис не совершал этого преступления, следующие 22 года своей жизни он провел в заключении в ожидании даты казни.

Основанная на документальном фильме Дэвида Сингтона, пьеса драматурга Линдси Феррентино «Страх перед 13» — это глубоко трогательная история о переживаниях Ярриса в камере смертников, о женщине, которая стала его спасением, и о его окончательном оправдании после более чем двух десятилетий за решеткой.

В спектакле, где дебютируют на Бродвее лауреат премии «Оскар» Эдриен Броуди и актриса Тесса Томпсон, представлены несколько впечатляющих актерских работ. Однако, к концу пьеса кажется несколько неровной по тону.

Режиссёр Дэвид Кромер, «Страх перед 13» начинается в мрачной темноте камеры смертников, камеры строгого режима тюрьмы Хантингдон в Пенсильвании. Сценография Арнульфо Мальдонадо, окутанная сталью, выглядит почти средневековой. Яррис (Броди) появляется на сцене, сидя на единственном стуле, в тюремной форме темно-клюквенного цвета. Он один из 140 мужчин в одиночной камере, запертых в своих камерах по 23 часа в сутки.

Как рассказывает Яррис Джеки Майлз (Томпсон), волонтеру аболиционистской группы, первые два года в камере смертников ему было запрещено говорить. По словам начальника тюрьмы: «Мертвецы не говорят». Физически и словесно подавленные, все мужчины в камере жаждут поговорить с Джеки. В течение часа каждую неделю они беседуют с ней о пережитых в тюрьме издевательствах и даже о слухах, которые они слышали о пристрастии серийного убийцы Джона Уэйна Гейси к KFC. Однако именно фантастические истории Ярриса, одна из которых повествует о романе двух влюбленных, Уэсли (Эфрим Сайкс) и Бутча (Майкл Кавиндер), которые приносят пение и разговоры в камеру смертников, а также его собственное месячное приключение после побега из тюрьмы, затягивают Джеки. Хотя поначалу она скептически относится к его рассказам, она находит в газете статьи о побеге Ярриса, и между ними завязывается неожиданная дружба, которая перерастает в романтические отношения. Несмотря на свое тяжелое положение, Броуди изображает Ярриса как общительного и внимательного человека. Джеки, хотя и терзаемая собственными сомнениями, тянется к нему. Они разделяют любовь к книгам и в конце концов начинают общаться по телефону после того, как Яррис просит номер телефона Джеки. Она быстро становится одной из немногих его связей с внешним миром.

Когда Джеки узнает, что на жертве и на месте преступления не обнаружено следов ДНК Ярриса, она становится его защитницей, а позже и его женой. Пара годами держится вместе, добиваясь апелляций и проведения экспертиз, мечтая о жизни, которую они могли бы построить вместе на свободе. Время неумолимо идет, демонстрируя невероятную жестокость и бесконечную бюрократию, присущие американской пенитенциарной системе. 

Наряду с ансамблем, исполняющим песни The Temptations «I Wish It Would Rain», «My Girl» и «Just My Imagination», изображающими заключенных, охранников и даже судей и адвокатов, и магнетической химией между Броуди и Томпсон, сериал может похвастаться мощными актерскими работами. Однако, из-за безумных перепадов между напряженным ужасом и юмором, «Страх перед 13» теряет свою тональность. Кроме того, попытка уместить всю историю жизни Ярриса, включая ужасное сексуальное насилие в детстве, подростковые годы, полные наркотиков, и последующее заключение, менее чем за два часа, создает ощущение, что зрителям дают возможность быстро прочувствовать повествование, вместо того чтобы дать ему достаточно времени для осмысления. Спектакль выиграл бы либо от большей продолжительности, либо от более короткой и лаконичной постановки с минимальным количеством юмора.

«Страх перед 13» — глубоко трогательный фильм. Однако он не дотягивает до уровня выдающегося из-за неравномерного темпа и постоянно меняющегося тона. Перевести документальный фильм в бродвейскую постановку — непростая задача. Несмотря на некоторые шероховатости и повторяющиеся эпизоды, Броуди и Томпсон демонстрируют выдающуюся игру. Тем не менее, в конечном итоге, история, возможно, была бы лучше в формате фильма.